К ИСТОРИИ РАЗВИТИЯ ФИЗИЧЕСКОГО ВОСПИТАНИЯ

Система физического воспитания — это  обусловленный исторически тип социальной практики физического воспитания, который включает в себя  мировоззренческие, теоретико-методические,  организационные и программно-нормативные основы, которые обеспечивают физическое самосовершенствование людей и оказывают положительное влиние на формирование здорового образа жизни.

Хотя игровые и юношеские виды спорта и физические упражнения и были стихийными всплесками энергии юности, но греки первыми свели их в систему физического воспитания. Следы спортивных занятий можно найти у древних египтян, евреев и многих других азиатских народов. Однако «мы должны отправиться на маленький, но священный кусочек земли, чтобы отыскать ростки всей нашей науки, искусства и поэзии». Ибо «именно в Греции культура спорта впервые получила то систематическое внимание, которое возвело ее в истинный ряд свободных видов творчества».

В ранний период греки в южной Европе и Малой Азии осознали, что с развитием цивилизации и цивилизованного образа жизни утрачиваемые возможности для физических упражнений, которые Природа так щедро предоставляет своим детям в их повседневной дикой жизни, должны смениться системой регулярных физических упражнений и физического воспитания. Человек по своей конструкции не создан для вялой, безвольной деятельности или безделья, сидячего, расслабленного стиля существования. С точки зрения греков древности, тренировка тела имела первенствующее значение (как логически, так и исторически, хронологически). Поэтому они и ввели в общую систему обучения и просвещения в качестве первоочередной физическую тренировку и поддерживали ее в первую очередь. В одном из первых изданий «Британской Энциклопедии» говорится: «Греки уделяли физическому воспитанию юношей больше времени, чем всем другим дисциплинам, вместе взятым».

Греческое воспитание состояло из двух частей, которые образовывали цельный системный подход как для юношества, так и для зрелого возраста: а) физические занятия для тела, б) музыка для разума и духа. Музыка относилась к культуре ума и охватывала все виды свободного творчества и науки, все пять муз, такие, как история, поэзия, красноречие, философия, математика и искусство, включавшее архитектуру, ваяние и живопись.

Гимнастика касалась телесного воспитания, а гимнази-ум был школой, и не один греческий город имел по одной и нескольку таких школ. Они располагались в окрестностях городов или в самых красивых и здоровых их частях, занимая до десяти и более акров территории, где помимо зданий находились часто и рощицы для занятий философией, площадки для физических упражнений на открытом воздухе в хорошую погоду. Часто эти места украшали искусно сделанные прогулочные дорожки, сады и разного рода места для отдыха, а также для теплых и холодных ванн, для занятий боксом, борьбой, играми в мяч, бега, раздевалки, трибуны для зрителей. В помещениях имелись комнаты для лекций по философии, частных уроков, для принятия ванн, смазывания тела маслами, осыпания тела песком и т. д. Во главе гимназиума - школы стоял так называемый «гимназиарх», который надзирал не только над самой школой, но и ее учениками, учителями, самими лекциями. Он наблюдал за соблюдением законов и правил и увольнял любого педагога, которого считал недостойным занимать это высокое положение. Нанимались воспитатели, одни для проведения физических занятий, другие — для их адаптации к разным возрастам и потребностям юношества, их разъяснения. Академия Платона и Лицей Аристотеля — оба были такими учреждениями, где патриции Афин проводили свое свободное время и часто присоединялись к занятиям спортсменов.

Греки считали, что некоторые из богов были покровителями гимназиумов. Сами греческие государства одобряли и поддерживали занятия спортом. Солон ввел в свой кодекс специальную серию законов в защиту спортивных занятий. Ликург предоставил бесплатные спортивные школы для серьезной тренировки лиц обоего пола. Но всей Греции спортивное искусство пользовалось самым большим уважением, оно освящалось религией, литературой, домом. Законы Ликурга предупреждали родителей против выдачи дочерей замуж прежде, чем те не достигнут определенной степени умения в ряде видов физических упражнений, которые, похоже, были менее красивыми и менее популярными, нежели те, которые сегодня мы называем гимнастикой.

Греция не была однородной страной, и системы физического воспитания в разных ее частях были различными. В Спарте главная цель такого воспитания состояла в подготовке воинов. Там особенно ценили сильных и храбрых мужчин, умевших воевать. В своем описании греческого воспитания доктор Гроут пишет о спартанцах: «С раннего, семилетнего возраста спартанские мужчины жили открыто, занимаясь всю жизнь физической и военной подготовкой. Или были критичными зрителями таких же, как они сами».

Но физическое воспитание там не ограничивалось лишь подготовкой сильных и смелых воинов. Законы Ликурга регулировали всю брачную жизнь, запрещая больным вообще становиться родителями. Ликург обязывал указами женщин тренироваться в беге, борьбе, метании дротиков и колец в цель. Его идея состояла в том, что сильные женщины дадут и сильное потомство. Ликург также приказывал освидетельствовать после рождения детей, и воспитанию подлежали только здоровые дети. Младенцев никогда не баловали, не кутали, и потому их тело, будучи обнаженным, развивалось лучше.

Родителям не разрешалось воспитывать и обучать детей по своим прихотям и фантазиям. Уже в семилетнем возрасте дети зачислялись в группы, где их воспитывали сильными, стройными, смелыми. Как и в современном обществе, Ликург считал детей собственностью государства. Но он производил отбор воинов раньше, чем нынешнее государство, ибо начинал их физическую и военную подготовку гораздо раньше, чем сегодня. К сожалению, спартанское государство было нацелено только на войну, и потому физическое совершенствование людей того времени не имело другой, более высокой цели, чем производство воинов.

В Афинах, где успешно развивались философия и поэзия, физическая подготовка не была столь суровой. Хотя физическое воспитание и имело целью достижение мужественности и внешней красоты, но не занимало столь много времени у молодых людей, как занятие умственной культурой. Тем не менее и там понимали связь между телом и умом, зная, что последний не может быть полностью здоровым, пока не будет здоровым тело. Ни философы, ни врачи не считали никакое другое средство для восстановления здоровья более полезным, чем физические упражнения. Гимнастике придавали такое значение, что в курсах обучения она занимала больше времени, чем другие дисциплины.

Все это поразительно контрастирует с современными образовательными программами, в которых отсутствует физическое воспитание молодых. В Афинах люди с возрастом не бросали физические занятия, а продолжали их делать всю жизнь. Там философия, музыка, красивая внешность в сочетании с мужественным воспитанием являлись итогом их общей культуры. С раннего возраста и до 16 лет мальчиков обучали музыке и грамматике, участию в легких спортивных играх; с шестнадцати до восемнадцати лет они проводили значительную часть времени в выполнении упражнений и в восемнадцать лет они уже были готовы и к войне, и к мирным занятиям, и к занятиям философией. Или посвящали себя спорту, становясь чемпионами по борьбе, бегу. Профессиональный спорт имеет древнее происхождение.

В отличие от Спарты, где девушки получали большую физическую тренировку, афинские девушки ее не имели. Фактически там для женщины считалось неуместным участие в спортивных играх, а общественное мнение запрещало ей появляться в гимназиуме.

Воспитание детей и домашние дела заполняли все время афинской женщины и девушки. В этом отношении спартанки имели преимущество перед женщинами других греческих государств. Однако и они не были более свободными. Что казалось свободой, на деле было рабской покорностью перед государственной системой, которая делала женщину физически сильной, но не ради ее самой, а ради того государства, которому она принадлежала. А результат соединения спортивных занятий с воспитанием ума, чем были знамениты жители Афин, давал только доброту. Эти жители превосходили жителей всех других стран древности по уровню здоровья и красоте тела, а разум был столь великолепен, что его творения вызывали восхищения во все последующие столетия. Однако их превосходство в философии, поэзии и искусстве вряд ли было возможно, если бы физическая культура не составляла бы там важную часть их системы образования. Можно сказать, что в Афинах воспитание было воспитанием всего человека, а не только его ума и духа.

Хотя мы мало знаем о привычках питания учеников гимназиумов, но мы обладаем полными знаниями о питании профессиональных спортсменов Древней Греции. Согласно одного из историков, вначале спортсмены там жили на свежем сыре, сушеном инжире и пшенице. Но впоследствии они стали потреблять и свинину, говядину, хлеб, молоко. Однако они воздерживались от всех приправ, деликатесов, сладостей. Прием ванн имел столь большое значение, что каждый гимназиум был оборудован величественными апартаментами, где после спортивных занятий ежедневно предоставлялась холодная и горячая ванна, парилка.

Что касается физических упражнении для подростков древних Афин, то для мальчиков это были мяч, волчок и скаперда (двое мальчиков поднимали и опускали друг друга с помощью веревки, перекинутой через блок). А юноши практиковали, главным образом, пентатлон, состоявший из пяти видов упражнений: бег, прыжки, бросание диска, метание копья и борьба. Более жесткие виды выполнялись теми, кто готовился к военной службе или состязаниям в общественных играх. Знатные люди и ученые занимались главным образом упражнениями на простоту и изящество движений. Больным же предписывалось то, что диктовалось их потребностями.

Греческие спортсмены не входили в состав гимназиумов и философских школ, хотя и получали там начальные тренировки. Это были профессиональные спортсмены-бегуны и борцы, призеры и чемпионы, участвовавшие в Олимпийских, Пифических, Немейских и других играх, и посвящали все свое время тренировкам. Следовательно, греческий спортсмен-профессионал, как и сегодня, с экономической точки зрения, был бездельником.

Он тратил свою жизнь на непроизводительную деятельность, и хотя часто становился богатым (тоже как сейчас), его связь с обществом была связь паразита. У этих спортсменов были организации для их специального использования, но умственная культура не занимала место в их программе обучения. Платон говорит о них как об инертных людях сомнительного здоровья и недолго живущих. Он заявлял, что «нужен лучший вид упражнений для наших борцов-воинов, которые должны обладать более живым умом, лучшим зрением и слухом, умением переносить перемены в пище, тепле, холоде и не болеть».

Вначале греческое физическое воспитание предназначалось тоже для подготовки воинов, и греческие юноши учились пользоваться мечом, копьем, дротиком и луком, бегать, прыгать, выносить усталость. Позже идеалы греков расширились, и они начали сознательное обучение людей красоте и гармонии, симметрии развития.

Таким образом, и Греция, и Рим могли набирать армии из людей, каждый из которых мог зарабатывать себе на жизнь, как и сегодняшний профессиональный спортсмен. Таково было физическое воспитание в древней Греции в период ее славы. Эта система взросла не за один день и не была продуктом какого-то одного ума. Она развивалась вместе с развитием всей нации. И сначала она состояла из жестоких и боевых упражнений, выполнявшихся на открытом воздухе, обычно на берегах рек, где можно было также и купаться.

Но это превратилось в четкую систему и искусство во времена Солона, который разработал первые законы для ее управления. Но впоследствии, с обогащением нации, гимназиумы стали превращаться в публичные места для праздных бездельников. Изначальное предназначение этих мест забывалось и игнорировалось, и эти места деградировали в места разных развлечений. И наконец, когда Греция утратила свою независимость и стала частью Римской империи, гимназиумы, ранее бывшие школами философии и культуры, воспитанием мужественности и красоты, превращались в места для подготовки ладиаторов, чьи представления доставляли большое удовольствие римлянам, угождая их жестоким вкусам.

В Римской империи начального периода гимнастика, или культура тела, как и в Спарте, рассматривалась как «более важная цель обучения, нежели изучение литературы и науки». Эта гимнастика носила жесткий характер и имела главным предназначением дисциплинирование рекрутов, а также удовлетворение потребностей определенных видов спортивных игр типа «консуалий». Римские императоры импортировали греческие спортивные игры, как и греческие идеалы. Говорят, первый гимна-зиум в Риме был построен Мироном. Но, к сожалению, греческая спортивная система там так и не была полностью натурализована и воспринималась учеными-схоластами и знатью как некоторая временная цель. Это искусство казалось им достаточно экзотично и потому быстро деградировало, превратившись в Риме в жестокие кулачные бои и гладиаторство, и, в конце концов, исчезло вместе с исчезновением самой Римской империи.

Однако там физическое воспитание погибло не столько даже вследствие гибели империи, сколько из-за появления в это время антинатуралистических догм Востока, которым удалось овладеть европейским мировоззрением. И действительно, упадок физического воспитания там начался еще до падения Римской империи. Так, святой Павел объявил, что «телесные упражнения не приносят никакой пользы». И в 394 году н. э. Олимпийские игры были запрещены указом христианского императора. Новый порядок, писал доктор Ф. Освальд, проповедовал, что спорт и другие развлечения на свежем воздухе являются зловредными, что «плоть надо умерщвлять, бунтарский дух укрощать, дабы делать его угодным Богу», что «все земные радости тщетны, ибо вся земля — это юдоль слез», и что «наш настоящий дом» — это небеса еврейского фанатика.

На протяжении нескольких столетий господства догм антинатурализма не только игнорировали телесные потребности бедных монастырских учеников, но и злонамеренно унижали их. Мрачное тоскливое монастырское рабство было перенесено на управление всеми образовательными и воспитательными учреждениями, чье влияние стало главной причиной физической деградации людей. И поверхностность наших нынешних реформаторских мер доказывает, что мы все еще не осознали корней этого зла. «История науки, — пишет Освальд, — это история дня с ярким утром и солнечным вечером, но прерванная в полуденный час полным затмением здравого смысла и разума. Те, кто внедрял веру в возможность колдовства и дьявольского обладания, отвечают за мучения трех миллионов людей, заживо сгоревших в пламени инквизиторских костров. Догма тотального антинатурализма водила рукой, направлявшей кинжалы в сердца общественных, политических и научных реформаторов. И ужаснейшим из пороков, сделавшим правление «чудотворцев самым несчастным временем всей земной истории, было, в конечном итоге, полное пренебрежение физическим воспитанием человека — логический финал их антинатуралистического безумия» (Ф. Освальд. «Физическое воспитание»).

Мы все еще продолжаем очень сильно страдать от ненужных беспокойств и утрачиваем многие естественные радости жизни из-за ложной жизненной философии, совершаем множество ошибок, теряем в своем развитии, продиктованном естественной жизнью - и все из-за того, что запуганы антинатуралистами, стоящими «выше» Природы, боимся применить собственный разум и суждение. Когда мы принимаем заклинания «святых отцов», что «пути Господни скрыты и неисповедимы», и что не дано людям с «конечным разумом» постичь творения Бесконечного, мы тем самым закрываем «окна» нашего Разума и отключаем Свет. Так мы вместе с этим получаем стандарт мышления дикаря, жившего тысячи лет назад.

Трус, боящийся думать, не осмеливающийся мыслить ради самого себя и судить ради самого себя, жить собственными суждениями, что правильно и что нет, проявляя личную смелость, и фанатик, делающий из такого труса жалкого пресмыкающегося раба обветшалых догм, говорят: «Возможно, вы правы. А, возможно, и нет. Если правы вы, я в безопасности, как и вы. Но если прав я, чем тогда становитесь вы?» Возможность будущего пребывания в аду так пугает этих фанатов и трусов, что они кладут здоровье и счастье теперешнего бытия в качестве жертвы на алтарь устаревших догм и верований.

Вместо того, чтобы раболепствовать перед тираническим, диким и капризным божеством, мы должны научиться стоять прямо перед Вселенной, которая вся прекрасна и вся упорядочена. Мы должны осознать, что мы — часть этого великолепного космического пространства, красота которого восхищает нас днем и видение движущихся миров которого волнует нас ночью. Мы должны понять, что являемся частичкой красоты и совершенства природы, а не «ползающими во прахе червями», мы должны учиться любить и уважать себя, ибо только тогда мы в состоянии создать наилучшие условия нашего роста, развития, культуры и счастья.

После того, как Ренессанс и тевтонская (немецкая) Реформация прорвали завесу «над натурализмом», история науки стала историей триумфального прогресса. Белые нации пробудились до осознания того, что этот наш мир управляется не кучкой капризных призраков-фантомов, а строгими законами. Все больше и больше до нашего сознания доходило, что познание и применение этих законов и есть настоящий путь к полному знанию и счастью, кои мы в состоянии обрести. «Мы нашли, — писал Освальд, — что солнце Природы взрастит больше истины за год, чем свет мистики за столетие. Ветви науки, завядшие в корне, вновь дали листья и цветы и начинают приносить обильные плоды».

Физическое воспитание в нашей жизни не получило такого распространения, которое должно было бы иметь. Но, по крайней мере, его важность уже признают, хотя медленно, но ему стали уделять то место, которое оно заслуживает. Были возрождены Олимпийские игры и спортсмены-герои вновь привлекают общественное внимание. В систему нашего образования медленно, но включается и физическое воспитание. Даже школы с вероисповеданиями не полностью игнорируют его — Бог снова признал потребности тела, которое Он сотворил. После нескольких сонных веков средневековья утраченное было искусство физических упражнений вновь стало возрождаться во времена Рыцарства. В этот период принцы, аристократы, поэты, художники увлекались фехтованием, борьбой, боксом, танцами, верховой ездой. Эти занятия были спортом праздных слоев общества, а не частью всеобщей системы образования.

Но после эпохи Рыцарства в XVI—XVIII веках физические упражнения начали исчезать, некоторые из них становились вовсе устарелыми. В мемуарах авторов того времени оставались упоминания лишь о фехтовании да кулачных боях. В этот период некоторые просветители пытались включить теоретические основы физической культуры в общую программу образования. В 1651 году известный ученый Дж. Скалиджер опубликовал в Лионе книгу «Искусство физических упражнений». Через четыре года Леонард Фуч из Тюбингена выпустил книгу «Движение и отдых». Спустя 10 лет в Париже вышла книга Амбруаза Парэ «Искусство сохранения здоровья». В последующее столетие литература на эту тему пополнялась работами Борели, Бриссо, Полин, Огаля, Хоффмана, Бьюретта и других. Монтень, утверждая потребность физического воспитания, писал: «Мы тренируем не тело и не разум, а человека, и мы не должны делить его на части». Томас Фуллер (1654—1734) отстаивал необходимость возвращения к древнегреческим методам воспитания. В книге «Эмиль» Руссо возбудил общественный интерес к физическому воспитанию. Однако упорные старания Монтеня и Локка расширить образование за счет физического воспитания потерпели провал.

На английском языке первая книга на эту тему была работа Николаса Бекона «Физическое воспитание» (1540). Его прославленный сын лорд Бекон также подчеркивал важность физического воспитания в книге «Прогресс обучения». Поэт Реформации Мильтон тоже указывал на необходимость физического воспитания, призывая возродить методы Афин и Спарты с некоторыми их улучшениями. Джон Локк, Гораций Манн, Герберт Спенсер — все они в разной форме, но взывали к физическому воспитанию народа.

В Германии истинным «отцом гимнастики» был Гутц-Мутх, начавший свою деятельность в конце XVIII века. В своих работах он писал, что преследует две цели: а) физические упражнения в виде юношеской игры и б) система физического совершенства всего тела. Цели эти были разделены, что создавало основы для двух систем физического воспитания, разработанных двумя его учениками — Джаном, основавшим немецкую систему, и Лин-гом, создавшим шведскую систему физического воспитания. Система Джана особенно известна своим разнообразием трюков и забавных физических упражнений, отнюдь не преследовавших цели прежде всего исправления дефектов самих учеников. Эта система пыталась не столько укрепить слабых, сколько отобрать и «отшлифовать» учеников для цирковых выступлений. Жана часто называют «отцом современной гимнастики», ибо после того как многие другие в Германии потерпели неудачи в попытках превратить гимнастику в организованную систему, именно Джану удалось создать даже общество по систематизации разных инструкций по гимнастике и атлетике и изобрести многое в том организационном аппарате, который действует и сегодня.

Питер Линг родился в Швеции (1776), он первым апробировал гимнастическую систему и так называемое движение «исправление» в 1817 году. Когда он обратился в министерство общественного образования Германии за поддержкой своих усилий сделать физическое воспитание частью национальной системы обучения, ему было сказано: «И без того есть много фокусников и канатоходцев, чтобы еще тратить деньги из казны». Линг создал систему, нацеленную прежде всего на физическое совершенствование всего тела. Он стремился укрепить здоровье слабых и в то же время пропагандировал контроль за здоровьем всех. Его деятельность преследовала гигиенические, образовательные и военные цели. Он разработал то, что можно рассматривать как самую четкую систему физического обучения из всех, когда-либо созданных. Он считал сильных наиболее способными для ухода за собой, а слабых нуждающимися в особом уходе. А Джан, видимо, полагал, что слабые недостойны внимания.

С момента своего образования обе системы конфликтовали между собой, причем Франция и США были главными «полями битвы». Несколько лет назад, когда группа мужчин и женщин решила опробовать систему Линга в сопоставлении с немецкой в школах Чикаго, немецкие вокальные и гимнастические общества города написали совместное письмо мэру Чикаго, подвергавшее третированию систему Линга и угрожавшее отозвать голоса 240 тысяч человек в городе в поддержку чикагского мэра. Конечно, критические замечания в адрес каждой системы ее оппонентами помогали выявлению недостатков систем. Но поскольку эта критика исходила больше из патриотических, нежели научных соображений, то она порождала больше пыла, чем света. Вполне очевидно, что ни одна из этих систем не является совершенной и что, возможно, идеальную систему сделает соединение обоих с выяснением достоинства каждой. И вряд ли Гутц-Мутх мог предвидеть, что преследуемые им цели породят две враждующие друг с другом системы. Доктор Дио Льюис так суммировал главные возражения в отношении немецкой системы: «Старая, или немецкая гимнастическая школа, столь распростра-неная по всей стране, была явно не приспособлена к слоям населения, наиболее нуждающимся в дополнительной физической тренировке. Спортивные молодые люди, которым единственным удавалось их выполнять, делали их, и яхт - и прочие клубы снабжали их достаточным количеством спортивных средств. Но пожилые, очень полные и слабые люди, подростки, женщины всех возрастов - то есть те, кто больше всего нуждался в физических упражнениях, не имели отношения к этой системе. Отдельные попытки приобщить к ней такие слои населения провалились. Сама система была неверной».

Критика же шведской системы сводилась к тому, что свойственные ей «движения являются, скорее, статичными, чем динамичными», что у нее отсутствует ритмика движения, они угловаты и не соответствуют длительным плавным изгибам естественных движений тела, не многие из этих упражнений в изолированном виде встречаются в реальной жизни, а их точность иногда достигается за счет грации, красоты. Признавалось, что система Линга нуждалась в тонкой отделке таких мастеров как Делсарте, Демини и Далкрузе, которые особенно подчеркивали ценность ритмики движения. Так, Домини вступал в спор со шведами, считая, что физическое воспитание должно основываться на действии, движениях, их анализе и синтезировании, а не на принятии и удержании положений, позиций. Все это было предметом острых разногласий.

Франсуа Делсарте родился в 1811 году в солезме (Франция). Он был музыкантом, певцом, композитором и литератором. Он учил эмоциональному выражению через голос и жест, стремясь представлять искусство выражения как цельную науку. Его теория широко воспринималась и традиционно передавалась, в основном, воспоминаниями, посколько об этом писал он мало. Хотя в конце XIX века в США много говорили и писали о гимнастической системе Делсарте, однако он не был изобретателем ее. Тем не менее то, что мы называем школой физического воспитания Делсарте, внесло большой и достойный вклад в современное физическое воспитание. Делсарте подчеркивал важность мышц как агентов или средств выразительности. Делсортианцы меньше заботились о развитии «атлетической мускулатуры, чем о развитии полностью мышцы как средства, посредством которого мягко выражается прекрасно развитая естественная натура человека» — тела, в чьей массе, контурах и экспрессии «отчетливо выявляется сила направляющая, сила впечатляющая, сила охраняющая. И все это правильно уравновешивается». Можно сказать, что французы внесли в физическое обучение ритмику. Вклад же англичан состоял, главным образом, в развитии спорта.

В США необходимость в физическом воспитании была признана достаточно рано. Однако мы медленно реализовывали это признание в практику. В 1749 году Бенжамин Франклин написал брошюру, которая вызвала создание академии воспитания юношества (ныне Пенсильванский университет). В брошюре, в частности, говорилось: «Чтобы поддерживать в юношах хорошее здоровье, укреплять и делать их тело энергичным, их необходимо часто тренировать в беге, прыжках, борьбе и плавании». Спустя 40 лет Томас Джефферсон писал Питеру Карру по поводу его занятий: «Уделяй не менее двух часов ежедневно физическим упражнениям ради здоровья, ибо оно не должно приноситься в жертву ради учения». В 1825 году профессор Бек открыл в Нортхэмптоне (Массачусетс) первую Американскую Школу, где физические упражнения составляли часть обычного расписания занятий. Сильвестр Грехем включал физические упражнения в свой «поход за здоровьем», оказывая большую помощь в прбуждении массового интереса к физическому воспитанию. Френологи того и последующего времени также делали сильный акцент на важности физических упражнений в общем образовании. В нью-йоркском Гигиено-Терапевтическом коледже доктора Р. Тролла все студенты обучались физическим упражнениям Это была первая школа того времени, которая включала такие упражнения в свою учебную программу. А в настоящее время, похоже, ни один из медицинских ко-леджей США не имеет курса физических упражнений в своих программах.

В 1852 году в США впервые была опубликована работа Тролла «Семейный гимназиум», а его «Джорнал» еще до того печатал статьи с иллюстрациями физических упражнений. То же делала «Энциклопедия гидропатии». Его соратник доктор Дж. Тейлор в 1860 году выпустил книгу «Описание шведского движения «исправление». Расширенное и улучшеное издание этой книги вышло в 1879 году под названием «Здоровье благодаря упражнениям». В 1885 году была впервые опубликована работа Тейлора, посвященная лечению физическими упражнениями «Лечение таза и грыжы». А позже появилась его книга «Здоровье для женщин». Работы Тролла и Тейлора близко следовали системе Линга. Действительно, Тейлор выполнил очень ценную и оригинальную работу по лечению грыжи и внутренних органов с помощью физических упражнений.

В 1882 году вышла книга Ф. Освальда «Физическое воспитание». Он приехал в США из Бельгии, и его книга базировалась на немецкой системе. После поражения революции в Германии многие высланные преподаватели физической культуры приехали оттуда в США. С 1821 до 1879 года несколько школ и коледжей США под влиянием этих немцев включили курсы упражнений в свои программы. В 1879 году в Гарварде был построен «Хименвей гимназиум», хотя там еще с 1869 года существовала Гарвордская система упражнений, когда доктор Серджент в качестве преподавателя возглавил этот курс в колледже Боудойн. После 1889 года были предприняты большие усилия по внедрению в школах США немодифицированной системы Линга. Но достигнуты в этом были небольшие успехи. Бернарр Макфедден с помощью своих книг, получивших всемирную известность, публикаций «Физическая культура», «Физическое развитие женщины» и других, оказал огромное влияние на популяризацию физической культуры.

Однако настоящим «отцом физической культуры» в США является доктор Джольюис. Именно благодаря его громадной деятельности в чтении лекций, издании журналов, публикации книг и руководству школой интерес к физическому воспитанию в США быстро возрос. Он начинал с немецкой системы, но не получил от нее удовлетворения и разработал собственную систему. Эта система, которую он назвал «новой гимнастикой», обходилась без громозкого аппарата обычного «гимназиума». Приспособления были «немногими и исключительно простыми» и «чудесно рассчитанными на то, чтобы придать мышцам не только силу, но и гибкость, подвижность и красоту. Его работа «Новая гимнастика» вышла в 1867 году и выдержала в США много изданий. Несколько ее изданий вышли в Лондоне, эта книга нашла распространение в Великобритании, Австралии, Южной Африке, Индии и других британских колониях. В качестве учебной базы для преподавателей «новой гимнастики» Льюис основал Бостонский Нормальный Институт Физического Воспитания, который открылся в 1860 году. Первый класс состоял всего из одного ученика.

Но уже к 1868 году выпускники института преподавали во всех частях северных штатов США, а также тихоокеанского побережья и в Лондоне. Льюис пробудил общественный интерес к своему предмету от Бангора до Сакраменто, от Монреаля до Квебека. О его «новой гимнастике» услышали в отдаленных районах страны, откуда стали запрашивать преподавателей системы. По поводу этой системы в письме, направленном в связи с открытием в 1864 году Нормальной Школы Физического Воспитания, говорилось: «Это сделало эпоху», и доктор Льюис «начал в Америке великую национальную реформу, столь же четкую, влиятельную и славную, как и реформы, разработанные в Германии Сальцмоном и Джаном, а в Швеции поэтом и гимназиархом Лингом». Подобно грекам, немцам и французам, Льюис подчеркивал важность в своей системе музыки. Один из его учеников Д. Х. Жак писал: «Мы не можем обойтись в физической культуре человека без лиры». Но шведы, возможно, и правы, исключая музыку, ибо они ограничивают упражнения чисто коррективными функциями.

Резюме: в Древней Греции физическое воспитание имело своим истоком подготовку юношей к военной службе, и большая часть этого воспитания была направлена на обучение поведению в бою. Позже греческие идеалы расширились и уже стали включать сознательную тренировку на красоту и гармонию. То же происходило и в Древнем Риме. Но римская гимнастика оставалась все время более боевой и воинствующей, чем греческая. В эпоху Рыцарства физическое воспитание тоже носило почти полностью военный характер. Гугс-Мугх, Джан, и Линг были заинтересованы в военных, или «патриотических» аспектах физического воспитания в первую очередь и в повышении с его помощью жизненной энергии и здоровья в последнюю очередь. Джан был немецким патриотом, вынашивавшим идею национального объединения Германии путем физического воспитания юношества и возбуждения в нем духа патриотизма. В этой связи Тролл цитировал слова доктора Манна об учениках Королевского детского приюта в Потсдаме: «Поскольку мальчикам предназначено служить в армии, считается важным дать им энергию и подвижность. Но не понимают того, что активность и энергия необходимы для любого дела, а не только для убийства себе подобных».

Во Франции, за исключением разве только делсар-тианцев, интерес к физическому воспитанию тоже носил в основном военно-прикладной характер. И в 1826 году там полковником Аморосом была внедрена немецкая система. В этой связи представляет интерес, что главные претенденты на звание «чемпионов мира» по военным схваткам Гитлер и Муссолини тоже развивали в своих странах физическую подготовку юношей не ради самой юности, а прежде всего ля получения лучших солдат. И оба распространили это воспитание на женыцин и девушек для производства из них лучших матерей. И хотя эти две страны были перенаселены и не способны поддержать и существовавшее население, оба диктатора побуждали своих женщин рожать больше детей на пушечное мясо, а Муссолини даже учредил призы для женщин, рожающих наибольшее число детей.

Мы же должны рассматривать физическое воспитание с широкой, более жизненно важной и более фундаментальной точки зрения - полного благополучия и здоровья человека. Физическое воспитание должно составлять важную часть всей нашей жизненной программы, нашей подготовки к выполнению жизненных обязанностей в этом сложном мире. Я никогда не смогу найти разумного объяснения физического воспитания лишь тех групп населения, которые предназначены для войн, и игнорирования физического состояния тех слоев населения, которые выполняют работу мира и предназначены быть родителями следующих поколений.


Пред. статья След. статья
<